ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник

I

Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник на стоянке.

– Возможно, мне это только показалось, – пробормотал Шариф. – И ничего не было.

– Возможно, – согласился Фарук.

– Просто у меня возникло такое впечатление, будто мы ему помешали. Показалось, он что-то искал. А вот насчет ремня безопасности у меня никаких сомнений нет.

– Иностранцы, – пробормотал Фарук, сплевывая крошку табака, прилипшую к губе. Он терпеть не мог их всех, а американцев и англичан особенно. Они вели себя так, будто жили в прежние времена и в мире ничего не изменилось.

– Я вам еще нужен?

Фарук отрицательно покачал головой.

– Я позвоню, если ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник возникнут вопросы.

– Но не раньше утра, ладно? Мне надо поспать.

– А кому не надо? – Он выбросил сигарету, увидев входящего Петерсона, и провел его в импровизированный кабинет, выделенный в спешном порядке, и кивком предложил ему сесть, открывая блокнот.

– Тогда продолжим, – с недовольным видом пробормотал он. – Итак, что же произошло?

Петерсон кивнул.

– Прежде всего вы должны знать, что я археолог, – сказал он, широко разводя руки и изображая на лице улыбку, которая, по его мнению, подтверждала его открытость и искренность. – Мы ведем раскопки в Борг-эль-Араб. К нам под вечер сегодня, вернее, уже вчера приехали доктор Омар Тофик, возглавляющий ВСДД в Александрии, и человек ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник по имени Дэниел Нокс, британский археолог.

Фарук хмыкнул.

– Вы же не хотите сказать, что один из тех, кого вы привезли сюда, глава ВСДД Александрии?

– Боюсь, что да.

– Черт!

– Мы немного побеседовали. Предварительно договорились об осмотре всей площадки раскопок. Затем они уехали. И я больше об этом не думал. Но когда стемнело, к нам на территорию кто-то вторгся.

– Вторгся?

– В этом нет ничего необычного, – вздохнул Петерсон. – Все местные бедуинские крестьяне убеждены, что мы откапываем огромные сокровища. А иначе зачем копать? Разумеется, они ошибаются. Но на слово нам не верят.

– И этот незваный гость тоже?

– Да. Мы пустились за ним ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник в погоню. Он сел в машину. За рулем в ней находился другой.

– И вы погнались за ними?

– Нельзя никому позволять разъезжать по месту раскопок. Так можно уничтожить важные данные. Я хотел с ними серьезно поговорить. Считал, что это может удержать других. Но я сильно от них отставал. А потом увидел языки пламени. – Он пожал плечами. – Я добрался туда как можно быстрее. Это было ужасно. Один из них, Нокс, находился все еще внутри. Я испугался, что он задохнется, и мне удалось отстегнуть ремень безопасности. В этот момент появились люди из дорожной службы, хвала Господу!

В дверь постучали, и вошел ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник усталый доктор.

– Плохие новости, – сказал он. – Человек из Борга. Египтянин.

– Умер? – мрачно уточнил Фарук.

Доктор кивнул.

– Мне очень жаль.

– А другой?

– Третья или четвертая степень сотрясения мозга, отравление дымом, умеренные ожоги. Отравление и ожоги опасности не представляют. С сотрясением положение сложнее. Сейчас сказать что-нибудь определенное нельзя. Все зависит от повреждения при ударе, от внутричерепного давления, как…

– Когда я смогу с ним поговорить?



– Через два-три дня он…

– Он может быть виновником смерти человека, – резко сказал Фарук.

– Понятно, – кивнул доктор, почесывая щеку. – Я сниму его с морфия, и, надеюсь, к утру он проснется. Однако я бы не стал возлагать ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник на это особых надежд. Не исключено, что у него будет ретроградная и антероградная амнезия.

– Я что, похож на доктора?

– Извините. Маловероятно, что он будет помнить, что случилось накануне и после аварии.

– Это не важно, – ответил Фарук. – Мне все равно нужно с ним поговорить.

– Как хотите, – кивнул доктор и вышел.

– Какая ужасная новость, – вздохнул Петерсон, когда Фарук вкратце пересказал ему содержание беседы. – Жаль, что мне не удалось сделать больше.

– Вы сделали все, что смогли.

– Да. Я могу еще чем-нибудь помочь?

– Оставьте свои координаты.

– Да, конечно. – Петерсон повернул блокнот к себе и записал номер телефона и как добраться до места раскопок ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник, после чего встал, попрощался и вышел.

Фарук внимательно смотрел ему вслед. Что-то здесь было не так, но сейчас его мозг слишком устал, и нужно было поспать. Он от души зевнул и поднялся. И последнее, что нужно сейчас сделать. Если Нокс окажется действительно виноватым в смерти главного археолога Александрии, то его надо держать под присмотром в отдельной палате с полицейским у двери. А сам он вернется завтра и выяснит, что, черт возьми, происходит.

II

Гейл уже почти совсем засыпала, как вдруг вскочила от неожиданной мысли и включила свет. На тумбочке лежали две книги Стаффорда. Она схватила ту, где рассказывалось ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник о потерянных сокровищах Соломона, и лихорадочно начала ее листать, пока не нашла фотографию медного свитка – самого загадочного из свитков Мертвого моря. Это была карта сокровищ на древнееврейском, содержащая семь групп греческих букв.

KɛN XAG HN Θɛ ΔΙ TP ΣK

Не выпуская книги из рук, она подошла к компьютеру, включила его и нашла фотографию мозаики, присланную Ноксом. По ней пробежала дрожь, когда она увидела, что эти группы букв полностью совпадали, только расположены в другом порядке. Но на мозаике фигура указывала на KɛN, а линия, образующая семиконечную звезду, проходила по другим группам букв в том же порядке, что и на медном свитке.

Она ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник снова села в кресло, ошеломленная и озадаченная, чувствуя, что теперь заснуть вряд ли удастся. Медный свиток был документом ессеев, что связывало его с терапевтами и раскопками, на которые ссылался Нокс. Но даже в этом случае… Она схватила телефон – Нокс наверняка захочет об этом узнать сразу, сколько бы ни было времени. Но он не отвечал. Она оставила ему сообщение с просьбой сразу перезвонить. Потом села и углубилась в чтение книги Стаффорда, изучая фотографии и размышляя над тем, что это могло означать. Ее охватил азарт погони.

III

Петерсон перегнал «тойоту» в дальний угол стоянки, где она не бросалась в глаза ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник, и сидел, наблюдая за главным входом, не решаясь уехать без мобильника Нокса.

Казалось, прошла целая вечность, пока в дверях наконец не показался Фарук, который устало направился к своей машине и уехал. На всякий случай Петерсон подождал еще десять минут и направился в больницу. Но первым делом следовало привести себя в порядок. Его лицо и руки перемазаны грязью и копотью. В таком виде его наверняка остановят. Он зашел в туалет, тщательно умылся и вытерся бумажными полотенцами. Теперь он выглядел вполне сносно. Он взглянул на часы и понял, что надо торопиться.

В приемной ссорилась какая-то семья, стараясь не переходить ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник на крик. На скамейке лежала тучная женщина. Петерсон толкнул маятниковые двери и оказался в слабо освещенном коридоре. Надписи на арабском и английском. Онкология и педиатрия. Не то, что он искал. Он поднялся на другой этаж. Между каталками с травматологическими больными сновал усталый доктор. Петерсон быстро проследовал мимо него и толкнул дверь в небольшую палату, где на койках лежали шесть человек. Он прошел по проходу, вглядываясь в их лица. Нокса среди них не оказалось. Петерсон вернулся в коридор и вошел в следующую палату. Тоже шесть человек, и опять никаких следов Нокса. Он продолжил поиски, но на этом этаже Нокса не ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник было. Тогда он поднялся на следующий этаж и оказался в таком же коридоре. На стуле у ближайшей палаты дремал полицейский, откинув голову к стене. Проклятый Фарук! Но полицейский продолжал крепко спать, а в коридоре больше никого не видно. Петерсон к нему тихо приблизился, прислушиваясь к мерному похрапыванию. Но Бог был на его стороне, и он без всяких осложнений подобрался к двери, открыл ее и тихо притворил за собой.

Внутри было темно. Он немного постоял, давая глазам привыкнуть, и подошел к кровати – в больницах он ориентировался хорошо. Петерсон заметил капельницу и резкий запах коллоидного раствора и стал искать вещи Нокса, которые ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник в конце концов обнаружил сложенными на тумбочке, а поверх них лежали найденные при нем вещи, в том числе и мобильник. Он положил его в карман и уже собирался уходить, но остановился, задумавшись.

У него наверняка больше не будет такой возможности разобраться с Ноксом раз и навсегда. За дверью спал полицейский, который наверняка будет клясться, что не сомкнул глаз всю ночь и в палату никто не мог войти. В этой языческой стране они наверняка решат, что Нокс скончался от ран, полученных во время аварии. Шок. Травма. Сотрясение. Ожоги. Отравление дымом. Вскрытие будет чисто формальным. И нельзя забывать, в какой мерзости был ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник повинен Нокс. Он сам виноват в том, что с ним случится. Петерсон шагнул к кровати.


documentalwisxt.html
documentalwjaib.html
documentalwjhsj.html
documentalwjpcr.html
documentalwjwmz.html
Документ ГЛАВА 15. Фарук наблюдал сквозь прозрачные двери за тем, как Петерсон парковал свой внедорожник